В моей смерти прошу винить…

(Самоубийства у подростков или как не пережить своих детей)

Об этой теме говорить непросто, хотя бы потому, что она вызывает много негативных эмоций. И одна из этих сильных эмоций – страх. Терять близких страшно. Терять детей еще страшней. И если эти дети – подростки – вдвойне. Потому что именно в подростковом возрасте отношения родителей и детей часто усложняются, эмоциональная привязанность между ними ослабевает; и те, и другие страдают от недоверия, враждебности и непонимания. Нет доверия – нет своевременного обращения к родителю за помощью в трудной ситуации. И, соответственно, нет своевременной – иногда жизненно необходимой – помощи родителей ребенку.Почему именно подростковый возраст опасен в плане суицида? Потому что, с одной стороны, ребёнок психологически очень уязвим из-за происходящих в нём в этот период жизни физиологических, эмоциональных, интеллектуальных изменений. А с другой стороны, в силу недостаточных ресурсов (мало знаний, личного опыта – как преодолевать кризис, возможное недоверие другим, плохое мнение о себе – «кому я такой нужен», давление сверстников и т.д.) не обладает эффективными инструментами по выходу из кризиса, в котором находится.И если по ряду причин трудная ситуация, в которой оказался подросток, сочетается с отсутствием контакта, понимания со стороны родителей, если подросток ощущает невозможность, бесполезность обращения к родителю за помощью – риск суицида неимоверно вырастает. Потому что, как ни крути, самые значимые, самые нужные подростку люди – всё те же его родители, не важно, родные или приемные. Именно они обладают поистине бесценным для ребенка ресурсом – родительской любовью и заботой.Вот два реальных случая из жизни.Первый случай. Ученик 7-го класса, его родители имеют высшее образование, семья материально обеспечена, хорошие жилищные условия. Подросток учился в специализированном математическом классе, но он явно испытывал определенные трудности в выполнении учебной программы с повышенными требованиями, часто уставал. Выраженных конфликтов с учителями не было.Психологическая напряженность подростка начала возрастать с того момента, когда он разбил стекло в дорогостоящей импортной мебельной стенке, размещённой в классной комнате.Классный руководитель, которого можно охарактеризовать как педагога традиционного типа (по словам других учителей, «у неё класс под контролем и «твёрдые» тройки»), на перемене собрала учеников с целью найти виновника происшествия. И так как сразу это сделать не удалось, она настойчиво повторяла свои попытки обнаружить виновника на двух следующих переменах, а так же пыталась получить информацию о том, кто разбил стекло, посредством индивидуальных бесед с несколькими учениками.Очевидно, что подросток, который это сделал, сильно переживал все эти «процедуры» и в конце занятий подошел в учительской к классному руководителю, решившись «признаться». К этому моменту один из родителей, узнав о случившемся, предложил свою помощь, сказав, что сам бесплатно быстро вставит стекло. Когда подросток признался классному руководителю в том, что это он разбил стекло, то она, надевая пальто, ответила: «Потом поговорим…». А вечером того же дня подросток повесился.Второй случай. Девочка 14 лет училась в классе компенсирующего обучения, стремилась к лидерству и часто конфликтовала с классным руководителем. Она «нагрубила» учителю, и педагог стала в присутствии класса требовать от девочки извинений, угрожая ей тем, что если подросток не извинится, она выгонит её из класса. Девочка, не выдержав, вышла «хлопнув дверью», она подошла к окну в коридоре и почувствовала очень сильное одиночество, свою ненужность, «вся жизнь стала мрачной»… Эти чувства были связаны ещё и с тем, что незадолго до этого события родители её близкой подруги-одноклассницы уговорили директора перевести их дочь в другой класс, в то время как её собственные родители крайне редко появлялись в школе, были постоянно заняты торговлей на рынке. Охваченная очень сильными негативными чувствами, девочка пошла домой и приняла большую дозу таблеток с мыслью: «хорошей жизни уже никогда не будет!»Несколько слов в комментарий.Мальчик из первой истории, по словам людей, хорошо  его знавших, имел такие  черты, как большая впечатлительность и самокритичность, доходящая до чувства собственной неполноценности.  И для подростка с таким типом характера оказывается непосильной ситуация, когда на его репутацию «падает тень» и он подвергается обвинениям. С такими детьми очень опасно откладывать контакт, общение «на потом», оставлять их без аргументированных объяснений, так как неопределённость может вызвать непереносимую тревогу.Анализируя вторую ситуацию, можно сделать вывод, что унижение самолюбия и достоинства девочки усилили мысли о собственной неполноценности и ненужности, которые у нее уже были в силу малого внимания к ней в семье со стороны родителей. У неё была склонность к периодическим депрессивным состояниям. А учительница не обратила внимание на резкую смену настроения и изменение состояния девочки, позволила ей уйти с выраженными негативными чувствами. Неправильное поведение взрослого резко усилило негативные переживание подростка, и легко спровоцировало её на суицидальные действия.Когда сталкиваешься с подобным, испытываешь шок и мучительно думаешь – как же так, что же надо делать, чтобы предотвратить, уберечь детей от непоправимого?Думаю, главное, что следует помнить: суицид – всегда крик о помощи, отчаянный сигнал: «Я не справляюсь с кризисом, помогите!».А кризис – это затруднительное положение, в котором периодически бывают все. Не все выживают…Кризисы бывают разные:

  1. Травматический – когда произошла реальная травма: развод, утрата близкого и т.д.
  2. Накопительный – характеризуется тем, что у человека постепенно растёт психологическое напряжение, вызванное серией различных неудач, конфликтов, потерь, сниженной самооценкой и наступает событие, являющееся «последней каплей» («я больше не могу так жить»). Хорошо описано в рассказе Ф. М. Достоевского «Кроткая».
  3. Кризисы целостности – утрата психического здоровья (порождает психиатрические проблемы).
  4. Возрастные – связаны с происходящими в человеке в этот период жизни объективными изменениями: физиологическими, эмоциональными, интеллектуальными; с резкой сменой представлений о себе, ломкой системы отношений и т.д.

С точки зрения суицидального риска, возрастные кризисы – самые опасные. Почему? Потому что, в отличие, например, от кризиса травматического, где все понятно – скажем, родители развелись, и ребёнок страдает, причины возрастных кризисов не осознаются! Во всех странах самые уязвимые категории населения в плане суицида – старики и подростки. У многих стариков присутствует ощущение, что жизнь прожита, всё самое лучшее позади, впереди – могила, и есть, соответственно, страх смерти, который ими не признаётся. Но, подспудно присутствуя в подсознании, страх смерти создаёт депрессивные тенденции, и, в отсутствие твёрдых личностных антисуицидальных установок, может привести к суициду.А подростку, на мой взгляд, еще тяжелее! Старик страдает от потери комфорта, удовольствий и надежд, связанных с молодостью, здоровьем, социальной активностью, от осознания «ничего этого у меня уже не будет», причём, напомню – имея навыки и опыт для преодоления трудных ситуаций. А у подростка общее подспудное чувство – «надо, приходится взрослеть», он проходит жестокую ломку всей системы его представлений о нем самом и окружающих, вынужден принимать пресс всех тех требований, которые начинает предъявлять ему жизнь, не имея навыков самостоятельности, при отсутствии соответствующего опыта.Взрослый человек попадает в кризис, потому что перестал толком заботиться о себе. Подросток объективно и так в кризисе. То есть a priori без участия других, без чьих-то ресурсов адекватно позаботиться о себе он не может. Как же взрослому помочь ему? Как вовремя его «подстраховать», чтобы чувство напряжения от происходящего не стало совсем уж непереносимым?Для начала запомним правило – у подростков мысли, принимаемые решения, поведение очень тесно связаны с его эмоциональным состоянием. Когда эмоциональное состояние приподнятое – «порхают», светятся и любят весь мир. Когда эмоциональное состояние «никакое» – думают плохо и о плохом, иногда не хотят житьИ часто причина суицидального поведения в том, что семья живет и общается друг с другом так, что у подростка плохое эмоциональное состояние, отсюда – плохие мысли.Поэтому очень важно:

  1. Заметить происходящий «сбой».
  2. Помочь подростку изменить его эмоциональное состояние.

Изменится эмоциональное состояние – подросток перестанет думать, хотеть и делать неполезное, в том числе и суицид, если уже есть такие намерения.Как заметить надвигающуюся опасность? Перечислим признаки суицидального поведения:

  • Недавние потери, связанные со смертью, разводом, разрывом взаимоотношений, потерей работы, денег, общественного положения, самоуверенности, самооценки.
  • Утраченная вера в Бога.
  • Потеря интереса к дружбе, сексу, увлечениям, жизненной деятельности, ранее доставлявшим удовольствие.
  • Беспокойство о деньгах, болезни (либо реальных, либо надуманных).
  • Резкое изменение характера – угрюмость, отчужденность, раздражимость, беспокойство, усталость, нерешительность, апатия.
  • Резкие изменения в поведении – неспособность сосредоточиться в школе, на работе, постановка лишь рутинных задач.
  • Нарушение режима сна – бессонница, часто с ранним пробуждением или, наоборот, подъем позже обычного, ночные кошмары.
  • Нерегулярный прием пищи – потеря аппетита и веса, или, наоборот, обжорство.
  • Потеря интереса к сексу, импотенция, нарушение менструального цикла (частые пропуски).
  • Боязнь потерять контроль, сойти с ума, причинить вред себе или окружающим.
  • Ощущение беспомощности, бесполезности, «безучастности», «всем будет без меня лучше».
  • Всеобъемлющее чувство вины, стыда, ненависти к себе.
  • Безнадежное будущее, «мне никогда не станет лучше, я всегда буду себя чувствовать себя плохо».
  • Злоупотребление наркотиками или алкоголем.
  • Суицидальные импульсы, заявления, планы; раздача любимых вещей; прежние попытки суицида.
  • Возбуждение, гиперактивность, нетерпеливость (могут указывать на скрытую депрессию).
  • Устойчивый интерес к песням, стихам суицидального содержания.
  • Непосредственные заявления типа «Я подумываю о самоубийстве» или «Было бы лучше умереть» или «Я не хочу больше жить».
  • Косвенные высказывания, например: «Вам не придётся больше обо мне беспокоиться» или «Мне всё надоело» или «Они пожалеют, когда я уйду».
  • Намёк на смерть или шутки по этому поводу. Многозначительное прощание с другими людьми.

Т.е., подсказать близким о надвигающейся опасности могут и физиологические, и эмоциональные, и поведенческие ключи. Психологи считают, что говорить о реальной опасности можно, когда есть не менее трех признаков одновременно.Что делать, если ребенок «выдаёт» подобные ключи-признаки? Самое главное – эмоционально его поддерживать. А еще ободрять, прощать и радовать. Именно в поддержке родителей, близких нуждается подросток, чтобы восстановиться (встать на ноги, пойти вперед, «дополучить» необходимые ресурсы для преодоления кризиса). В целом, родительская поддержка – это когда родитель:

  • сосредоточивается на достоинствах подростка с целью укрепления его самооценки;
  • помогает ему поверить в себя и в свои способности, внушает: «Ты справишься»;
  • помогает подростку избежать ошибок и поддерживает при неудачах;
  • помнит о прошлых удачах подростка и возвращается к ним, а не к ошибкам.

Поддерживать подростка – означает искренне верить в него. Поддержка основана на вере в прирожденную способность личности преодолевать жизненные трудности при поддержке тех, кого она считает значимыми для себя. Очень хорошо, если взрослые позаботятся о том, чтобы создать подростку ситуацию хотя бы маленького гарантированного успеха для усиления уверенности в себе (например, попросить сделать что-то, с чем он обязательно справится и искренне при всех сказать «спасибо» и т.д.)Конкретно поддерживать можно посредством:

  • отдельных слов («прекрасно», «здорово», «вперёд»);
  • высказываний («Я горжусь тобой», «Мне нравится, как ты работаешь», «У тебя, действительно, получилось», «Я рад твоей помощи», «Спасибо», «Всё идёт хорошо», «Хорошо. Я благодарю тебя», «Я рад, что ты в этом участвовал», «Я рад, что ты попробовал это сделать, хотя всё получилось вовсе не так, как ты ожидал»);
  • прикосновений (потрепать по плечу; дотронуться до руки; приблизить свое лицо к его лицу; обнять его);
  • совместных действий, физического соучастия (сидеть, стоять рядом с подростком; мягко вести его; играть с ним; слушать его; есть вместе с ним);
  • выражения лица (улыбка, подмигивание, кивок, смех).

Собственно, понять, что именно мы «транслируем» подростку в плане нашего к нему отношения очень просто – достаточно вспомнить, как мы реагируем, когда он возвращается домой – улыбкой, радостным возгласом, стремлением подойти поближе, приласкать или … (вспомните минуты, когда разочарование, раздражительность, гнев брали верх над тёплыми чувствами, например, когда подросток задерживался с улицы, а вы волновались за него). Какая реакция превалирует у вас? И какой «посыл», по-вашему, получает при этом ребёнок? Что его любят и поддерживают или что им пренебрегают и не принимают?При нежелании жить отношение подростка к себе – соответствующее; часто он считает, что недостоин жить, не заслуживает прощения – т.е., вместо того, чтобы себя простить и поддержать (ну, случилось, и случилось, чего не бывает), склонен «добивать». Поэтому в этом возрасте, а особенно, при наличии хотя бы двух-трех «суицидальных ключей», дать подростку ощущение, что его принимают, как есть и такому (неудачливому, разочарованному, дерзкому, некрасивому, глупому и т.д. и т.п.) радуются, симпатизируют, верят в него – жизненно необходимо! Наше искренне выражаемое подростку удовольствие от того, что он просто есть наилучшим способом поддерживает его, побуждает двигаться вперед и помогает снова начать получать удовольствие от себя самого.Хотя и это не панацея, а всего лишь генеральная линия поведения. Более конкретно разобраться в сложной ситуации поможет психолог, и если Вы подозреваете ребенка в суицидальных намерениях, лучше пойти к специалисту, объединение с которым даст семье дополнительные ресурсы. Подросток при отсутствии доверительных отношений с родителями получит в лице психолога и хорошего слушателя, и профессионального «поддерживателя», и того, кому можно позвонить в экстренной ситуации, когда нет сил бороться за себя, и хочется «выйти из игры». Родители обогатят свой «родительский инструментарий» способами взаимодействия с подростком и методами поддержки его, которые применимы именно к нему и именно в их семье. Поскольку уж очень значим фактор индивидуальности. В психологии существует представление о так называемых акцентуациях характера подростков – наличия у них заострения определенных черт, превалирование неких качеств. Какая акцентуация у вашего ребенка, определит специалист (методом диагностики), на основе чего и выстроит и методику помощи семье, и осветит ситуацию в плане прогноза.Это все тактика. Если говорить о стратегии – у детей и подростков надо формировать и укреплять антисуицидальные мотивы: будь то вера в Бога (один из самых мощных мотивов: верующий видит в кризисе смысл, и даже если его не понимает, верит, что для чего-то это нужно, раз Бог это послал), любовь и привязанность к близким, умение быть компетентным в кризисе (наличие в запасе хотя бы пары-тройки адекватных способов совладания со стрессом) или потребность в самореализации…А ещё окружающим подростка взрослым надо бы помнить – именно они часто транслируют подрастающему поколению, как именно надо проживать кризис – с чувством безысходности и поиском виноватого или с посылом «Да, сейчас трудно, но мы это переживём». Если при всех невзгодах родителю удается хоть чуть-чуть приподняться над ситуацией, отнестись к ней с юмором, показать всем, что не боится и верит, что испытание вполне по силам – думаю, этот живой пример будет лучше сотен часов разговоров «про жизнь» с подростком и попыток его «вразумить». И может быть, это хоть в какой-то мере послужит заслоном разрушительной волне «чернухи», льющейся с телеэкранов, из Интернета, газет и журналов и разрушающей психологический иммунитет наших детей. Иллюстрация: мне запомнился девятилетний мальчик, который в течение нескольких консультаций начинал общение со мной с пересказа ужаснувших его теленовостей, которые его детская психика никак не могла «переварить».А если совсем широко и глобально – профилактика суицидов среди детей и подростков (как и самоповреждающего поведения, такого, как алкоголизм и наркомания, что сравнимо с пролонгированным суицидом) невозможна без трансформации социальных и семейных моделей и ценностей нашего общества.Исследователи давно признали, что, в подавляющем большинстве, именно семейные факторы «запускают» суицидальное поведение детей и подростков. И пришли к неутешительному выводу о том, что рост числа суицидов, особенно мальчиков (а они в три раза чаще девочек пытаются покончить с собой), связан с… отсутствием в наших семьях героического образа отца.Мы много говорим о важной роли матери в формировании здоровой личности ребёнка. Да, это так, ребёнок особенно нуждается именно в материнском эмоциональном тепле. Если она «передаёт» тепла, внимания, заботы, «перекармливает» его – ребёнок растет нарциссом, эгоистом. Если мать этого «недодаёт», занимается работой, личной жизнью, «духовным ростом» вместо того, чтобы уделять искреннее и пристальное внимание ребенку, она невольно психологически «исключает» ребенка из семьи, из круга важных, значимых для нее лиц (так им это воспринимается, так он чувствует на бессознательном уровне). Понятно, что у такого ребёнка вполне может сформироваться склонность к алкоголизму, употреблению психоактивных веществ, суицидам… Причины суицидального поведения – взрослые и дети живут так, что у ребенка СОСТОЯНИЕ ПЛОХОЕ, отсюда – плохие мысли.Даже существует мнение, что многие суициденты – просто нежеланные дети, принявшие от матери еще до рождения установку «не живи!», которую они и воплощают в жизнь в разных формах – от хронических болезней и череды травм до так называемых программных (т.е. серийных) попыток покончить с собой. Т.е. роль отношений матери с ребёнком в плане его «выживания» огромна.И все бы ничего, да только за последние годы все больше суицидов совершают нормальные, «благополучные» дети из нормальных, благополучных семей. Часто это дети – лидеры, «заводилы», любимцы и любимицы и детей, и взрослых, успешны как в учебе, так во внеучебных занятиях. В их психическом здоровье, психологическом потенциале сомневаться не приходится. А при исследовании жизненных, семейных ситуаций погибших детей выяснилось – у всех отцы не были значимыми, авторитетными для них личностями, не исполняли роль лидера в семье.Психологи считают, что задача отца в семье:

  • В отношении сына – сформировать роль «героя» и поддерживать «героическое» поведение, т.е. поведение добытчика, добИтчика (зла, нищеты, трудностей и т.д.). Основной посыл, который транслирует адекватный, авторитетный отец в семье – «мальчики не должны плакать (унывать, терять веру в себя, раскисать вместо помощи семье, ближнему)».
  • В отношении дочери – помочь девочке научиться дифференцировать свои чувства, помочь ей перейти от грубых, страстных чувств и эмоций к тонким, воздушным и развить способность транслировать их в мир, в том числе будущему мужу, отцу её детей… Основной посыл – «девочки не должны громко смеяться (должны быть женственными и уметь сдерживать свои эмоции)».

Кроме того, и наши русские сказки четко и понятно рисуют ребенку образ героя и объясняют, как он должен себя вести – с близкими, чужими, будущей женой… Они советуют мальчику:

  1. Оторваться от материнской культуры (для формирования нормальной сексуальной ориентации).
  2.  «Идти в лес» – проходить инициации, бороться с чудовищами, Кощеем, драконом и побеждать их.
  3. Найти ту, единственную женщину, с которой проживёт всю жизнь, а в ней – свою душу (аниму).

Кстати, в попытках найти в отечественном фольклоре сюжет с антисуицидальными установками для детей, кроме притчи о двух лягушках, барахтавшихся в молоке, где одна, покорившись, утонула, а другая, упорная, выжила, я ничего не нашла!И всё же сказка, при всей её прелести и простоте – всего лишь инструкция. Для воплощения её в жизнь нужен учитель, наставник, образец для подражания на уровне инстинктивного поведения, тот, кто каждым мгновением своей жизни бок-о-бок с ребёнком дает ему должный и уместный пример. И именно с отца ребенок «слизывает» способы проживания трудной ситуации и способы совладания со стрессом (копинг-стратегии).Не мне вам говорить, как сейчас в большинстве семей обстоит дело с авторитетом отца. Сложно обстоит. Пока ребёнок мал и живет эмоциями (дошкольник), сильно ему это не вредит. Ну, слабый папа, ну и слабый, что с того? Ребёнок папу любого любит. А мамино, бабушкино неуважительное отношение к отцу хоть на уровне эмоций его и ранит, но пролетает, в общем «мимо ушей». Потому что интеллект еще недостаточно развит.У подростка уже есть критичность, умение самостоятельно делать выводы и принимать решения. При дефиците уважения к отцу в семье и отсутствии в его лице «образца для подражания» подросток остается один на один с суровой правдой: мой отец – «никакой», значит, и я – такой же! И это очень сильно ослабляет его с психологическом плане, делает уязвимым, снижает для него его собственную ценность и ценность его жизни вообще. А общество такому подростку и предложить ничего не может в качестве альтернативы. Где наши современные «героические» мифы? Ау! «Бригаду», что ли, ему смотреть с ее «постсоветским коллективизмом» или западные боевики, сплошь проповедующие тотальный индивидуализм? А фильмы о Великой Отечественной Войне, к сожалению, уже не воспринимаются большинством подростков остро и эмоционально, «близко к сердцу» в силу значительной временной удалённости тех событий от наших дней и разницы в менталитетах поколений.Так может, для профилактики суицидов и другого самоповреждающего поведения нужно предложить нашим мальчикам новый героический миф – рассказ о современном мужчине-герое, где в доступной форме будет «закодировано» адекватное, здоровое поведение в кризисе, и где наглядно, живо, образно, с юмором и оптимизмом (т.е. эмоционально привлекательно) можно преподнести набор вариантов нормального и целесообразного поведения в кризисе и не только?И может, стоит родителям найти такие фильмы (отечественные!) и смотреть их вместе с ребёнком, а если не хочет вместе – смотреть самим по нескольку раз, пока и он не заинтересуется, а потом обсуждать?.. А еще, может, стоит вспомнить правдивые истории преодоления трудных времен членами своей семьи, своего рода и бережно, с просмотром фотографий поведать подростку? И повесить на стену боевые награды прадеда, и папину грамоту «За производственные успехи», и мамину серебряную школьную медаль? И гордиться этим всем вместе, подспудно внушая друг другу: «мы – сила, всё переживём». Да, такие вот позитивные «якоря» – что, мол, плавали, знаем, выжили… и ты, сынок, справишься. Заодно этим и себе самооценку и веру поднять не помешает. В общем, пока вопрос о выполнении социального заказа на героический миф для подростка остается открытым, попробуйте, пожалуйста, проявить творчество сами и получите от этого не только удовольствие, но и реальную пользу. Удачи. P.S. Если трагедия произошла.Как вести себя с подростком, пытавшимся покончить с собой и выжившим?Если попытка единичная (так называемый ситуационный суицид), значит, у подростка есть неудовлетворённая потребность, какая-то конкретная нерешённая проблема, и нужно как можно более тщательно и осторожно выяснить (лучше специалисту – он знает, как!), какая. И помочь эту проблему решить. Это – ключ и скоропомощная профилактика рецидива. Что не отменяет работу с психологом и лучше со всей семьей. Кроме того, очень важно – удерживать «спокойную» позицию с суицидентом, потому что «спасателей» они сразу вычисляют и не признают (это относится к окружению, родителям, понятно, быть «нейтральным» не под силу). Уважение и понимание им важно, а те, кто бросаются «спасать» не дают этого, обесценивают их состояние и чувства.Если попытка удалась, подросток не выжил.Как вести себя с родственниками, друзьями погибшего? Для этого нужно понимать, на какой стадии переживания горя находится человек и адекватно воспринимать его со стороны кажущееся неадекватным, а на самом деле вполне адекватное в горе поведение.Горе – естественный, придуманный природой механизм излечения от травм и потерь. И симптомы, которые в обычное время считаются суицидальными, в горе – норма и требуют особого внимания только при «застревании» человека в них.Стадии переживания горя:

  • Шок. Включает отключение чувств, маску, обездвиженность, неверие, надежду на чудо и т.д. Всё это, чтобы человек выдержал боль. Не может ходить на работу, заботиться о детях и т.д.Психологическое значение – защита от непереносимых переживаний.Лучше, когда человек проживает этот период без таблеток – они тормозят стадии переживаний, искусственно затягивая горевание.При застревании – настаивание на отрицании (например, в течение года не признаёт смерть, случившееся).
  • Гнев. Признаёт факт смерти. Это вызывает обвал эмоций от ярости на врачей, родню… до гнева на Бога.Психологическое значение – отреагирование. Если стал злиться – значит, работа горя успешно идёт вперёд, к исцелению.При застревании – судятся с врачами, выдают психосоматическую реакцию, резко ломают жизнь и т.д.
  • Депрессия. Принятие факта, что есть потери, смерть в жизни.Психологическое значение – накопление сил, личностные изменения, более глубокий подход к происходящему; человек становится правдивее с собой и другими и т.д.При застревании – трудоголизм, суицидальное поведение.
  • Восстановление. Человек возвращается к обычной жизни. Главный признак – вспоминает об умершем печально, но без боли.

А если коротко, то чего хочет человек, переживающий горе?

  • Человеческих объятий (тепла).
  • Выговориться («расспроси меня об этом»).
  • Главное – хотят, чтобы не пытались им помогать и предлагать им помощь. Основной их посыл окружающим (не проговоренный): не реагируй так сильно на мою боль, отнесись нормально, спокойно к моему поведению, а то я этого не выдержу.

Горюющему можно рассказать о стадиях переживания горя – как ресурс, как возможность ему увидеть некое объективное направление, по которому он неизбежно будет двигаться к принятию и облегчению боли. Есть опыт, когда об этих стадиях рассказывали подросткам – одноклассникам суицидента. Помогло. Принять случившееся.

Ресурсы:

Телефоны Доверия, в т.ч. единый общероссийский бесплатный - 8-800-2000-122

Сайты: «Избери жизнь»«Пережить.ру» и т.д. Статью подготовила:
педагог-психолог
Ерещенко Светлана Владимировна (В подготовке статьи использованы материалы авторского тренинга «Кризисная интервенция» А. В. Сидорова, информация из методического пособия по профилактике суицидального поведения г. Ростова-на-Дону)